ФЦК “Культурный Капитал 73”

Официальный сайт ФЦК "Культурный Капитал 73"

Третий день : интервью в формате «Утренний кофе», сессия PechaKucha, а также фестиваль ЕndowFest и многое другое…

Новости 4 июня, 2021

Открыл программу третьего дня Председатель Общего собрания Благотворительного фонда «Абсолют-Помощь» Александр Светаков, который рассказал о создании сразу двух эндаумент-фондов для развития благотворительных организаций: «Недавно мы создали два эндаумент-фонда: один для инклюзивной школы-интерната "Абсолют", второй для Центра помощи животным ЮНА. Мне хочется, чтобы такие организации существовали на протяжении десятилетий, а может и столетий. Путем математических расчетов легко прийти к цифре, которая покажет минимальный капитал для существования школы в течение 50 лет, и она будет очевидно большой. В России такой финансовый инструмент как эндаумент начал появляться очень своевременно, когда организации стали еще больше задумываться о своем будущем. Могу с уверенностью сказать, что целевой капитал в социальной сфере – наиболее осознанный и эффективный выбор в вопросе распределения капитала».

Фестиваль ЕndowFest открыли представители МГИМО, выбрав для выступления формат видеоролика, герои которого рассказали о своем видении целевого капитала. Работу прокомментировала директор эндаумент-фонда МГИМО Марина Петрова: «Эндаумент МГИМО сегодня – это опора одного из главных вузов страны. Наш фонд был основан в 2007 году, на сегодняшний день размер целевого капитала приближается к 2 млрд рублей. У нас сформировано три целевых капитала с целью диверсификации инвестиционной стратегии – это значительно повлияло на развитие вуза. К счастью, наша продуманная программа, которую мы выстраиваем совместно с управляющими компаниями, позволяет не только сохранить, но и приумножить капитал. Эндаумент превращается в значимый институт развития и становится полноправным участником целевой стратегии. Мы сформировали программу с требованиями, критериями и показателями эффективностями для проектов, которые нуждаются в финансировании, и планируем четко ей следовать».

Музей современного искусства «Гараж» также представил ролик на тему важности эндаумента. Подробнее о том, как развивается эндаумент-фонд Музея «Гараж», рассказал его директор, Александр Свистунов. «В 2018-м, в год десятилетия музея, мы зарегистрировали эндаумент-фонд, решив пойти неклассическим путем. Мы дали абсолютно каждому желающему возможность приобщиться к музею и стать донором, – говорит Александр Свистунов. – Сейчас целевой капитал распределяется между несколькими направлениями деятельности, в том числе идет на популяризацию темы эндаумента – важно рассказывать людям, чем эта форма поддержки отличается от других. Со временем мы поняли, что необходима сегментация целевого капитала и возможность поддерживать разные направления. К ним относятся, например, академические программы музея – мы запустили целую магистерскую программу, которая нацелена на подготовку специалистов арт-рынка. В этом году будет запущен третий целевой капитал с целью создания грантов для поддержки художников. Объем первого целевого капитала составляет 425 млн рублей, второго – 3,4 млн рублей. Распределение инвестиционного дохода будет осуществляться между выставочной, просветительской и издательской деятельностью, региональной программой, библиотекой и архивом, инклюзивными программами и грантами для художников. Эндаумент для нас – способ формирования культурного кода будущих поколений, развития культурной инфраструктуры страны, науки и образования в области современного российского искусства».

В продолжение фестиваля состоялась дискуссия на тему «Образовательные ресурсы для развития эндаументов», организованная Московской школой управления СКОЛКОВО. В ней приняли участие исполняющая обязанности ректора Поволжского Государственного университета сервиса, доцент кафедры экономики Самарского университета Любовь Выборнова, представитель ярославской городской общественной организации содействия развитию математического образования «Ярославская школа 33» Лариса Сапрыкина и заместитель директора по научно-методической работе Республиканской физико-математической школы в г. Алматы Айдар Булатов. Модератором дискуссии выступил директор по фандрайзингу, член Правления Московской школы управления СКОЛКОВО Иван Копытов, сомодератором – директор центра трансформации образования СКОЛКОВО Ольга Назайкинская.

«Мы получили грант Фонда Потанина, прошли образовательную программу, общими усилиями добрались до главной цели – создания эндаумента. Фонд целевого капитала стал возможен благодаря всеобщей поддержке и бесценному опыту коллег. Наша долгосрочная цель – получить средства на научные проекты, но сейчас много средств по-прежнему уходит на решение текущих проблем», – отметила Любовь Выборнова.

«Сейчас главная задача фонда нашей школы – проработка долгосрочной стратегии проектов, которым будет помогать эндаумент, в том числе формирование педагогического коллектива, – прокомментировала Лариса Сапрыкина. – Еще одна задача – активное сотрудничество с вузами, участие в различных конкурсах. Что касается фандрайзинга, пополнением нашего фонда в основном занимаются выпускники, но мы также занимаемся привлечением и других доноров».

Заместитель директора по научно-методической работе Республиканской физико-математической школы в г. Алматы Айдар Булатов также рассказал об активной поддержке школы выпускниками: «К моменту создания эндаумента у нас были налажены контакты с выпускниками, готовыми помогать школе – от этого был хороший эффект. Сейчас фонд продолжает развиваться и увеличиваться. Фандрайзинг полностью идет в эндаумент. Целевой капитал поддерживает проекты, которые имеют социальный эффект, в основном это поддержка учителей и учеников, помощь отдаленным регионам без доступа к качественному образованию, а также проведение олимпиад».

Следующая часть программы третьего дня форума – выступления спикеров в формате PechaKucha. Открыла серию член Управляющего совета Фонда поддержки Третьяковской гал

ереи, начальник отдела развития Третьяковской галереи Ольга Драничкина. Она рассказала не только об актуальных трендах в сфере целевых капиталов, но и о его исторических предпосылках: «У многих людей музей не ассоциируется с драйвером изменений, но мы стали таким драйвером в 2020 году, сделав очень много для трансформации нашей работы. Мы запустили программу "Меценаты музея", научились привлекать частные средства и, наконец, открыли целевой капитал. Но на самом деле эндаумент в Третьяковской галерее был создан намного раньше. Еще в 1892 году Сергей Михайлович Третьяков положил 100 тысяч рублей в банк, чтобы на доход от этих денег мы могли пополнять коллекцию. В 2019 году благодаря Фонду Потанина мы снова заговорили про эндаумент, ведь наша миссия – делать жизнь людей лучше, и эта задача будет актуальна всегда».

Директор Архангельского центра социальных технологий «Гарант» Марина Михайлова продолжила: «Слово "невозможно" часто возникает в нашем лексиконе, но 25 лет нашей работы показывают, что возможным становится все. Когда мы впервые узнали про целевые капиталы, это было похоже на неопознанный летающий объект – ничего не понятно. Никто не знал, как взяться за эту работу. В то время у нас не было ресурсов и опыта, но мы начали учиться благодаря Фонду Потанина. Конкурс "Новое измерение" стал ответом на наши долгие размышления про целевой капитал. Сейчас нам гораздо проще разговаривать с донорами, нашлись те, кто готов софинансировать. Делая выводы, могу сказать, что не надо спешить. Надо объективно оценивать свои силы, но при этом готовиться и двигаться к цели».

Заместитель директора по развитию Приморской государственной картинной галереи, представитель эндаумент-фонда «ДальАРТ» Светлана Руснак поделилась опытом своей организации: «Впервые с идеей эндаумент-фонда я познакомилась во время стажировки в Эрмитаже. Мне казалось, что создать такой фонд – это как построить космический корабль. Но в 2019 году случилась победа в конкурсе на обучение по программе повышения квалификации "Стратегия создания и развития фондов целевого капитала" в СКОЛКОВО. Наша картинная галерея – главный музей Приморья, она активно развивается, проводится более 100 выставок в год, в том числе совместно с крупнейшими музеями. Мы создали особую модель музейного эндаумента, стали членами торгово-промышленной палаты, и теперь являемся ресурсом для бизнеса и корпоративной культуры».

Завершила серию выступлений Учредитель Фонда поддержки социальных инициатив в сфере детства «Навстречу переменам» Евгения Телицына: «Есть ли жизнь после смерти? Биологи ответят отрицательно, но как же Альфред Нобель, который сумел сделать себя бессмертным, учредив фонд знаменитых премий? По опыту нашего фонда могу сказать, что целевой капитал – невероятно эффективный инструмент. Наш эндаумент создан совсем недавно, в 2021 году, но целевой капитал на данный момент уже составляет 75 млн. У нас есть доноры, попечители и учредители, но главное – долгосрочные перспективы. Наши цели к 2030 – создать 60 социальных стартапов и увеличить объем целевого капитала до 100 млн рублей».

Итоги второго дня V Форума “Эндаументы 2021. Больше, чем деньги”

Новости 4 июня, 2021

19-23 апреля 2021 года в онлайн формате состоялся V Форум «Эндаументы 2021. Больше, чем деньги» организованный Благотворительным фондом Владимира Потанина и Московской школой управления СКОЛКОВО при поддержке Министерства экономического развития Российской Федерации.

Публикуем итоги второго дня.

Открыла программу второго дня исполнительный директор Фонда «Ульяновск – культурная столица», руководитель Фонда Целевого Капитала «Культурный Капитал 73» Татьяна Ившина, которая рассказала о предпосылках для создания эндаумента и поделилась историей развития фонда: «В сфере культуры в период пандемии была большая растерянность. Справились те, кто смог сориентироваться и выйти в онлайн: театры представили записи спектаклей, музеи сделали онлайн-экскурсии, каждый трансформировался как мог. Лучший способ получить пользу от этой ситуации сегодня – взять наработанные в 2020 году технологии в новый день. Но на цифровую трансформацию проектов нужны немалые средства. Создание фонда целевого капитала помогает решить такие задачи. Благодаря Фонду Потанина мы начали учиться созданию эндаумента еще в 2019 году, учились и весь 2020-й. Писали устав, думали, как это должно работать, и решили создать отдельное НКО. Мы являемся институтом развития в сфере культуры и креативных индустрий. Цель создания нашего эндаумента – поддержка всей культурной сферы региона».

Программу продолжил фестиваль ЕndowFest с участием учредителя и исполнительного директора Благотворительного фонда «Большая перемена» Ирины Рязановой и ректора Российского института театрального искусства – ГИТИС, театрального критика Григория Заславского. Для выступления Фонд «Большая перемена» выбрал необычный формат – плейбек-театр. Это форма импровизации, где актеры, в данном случае сотрудники фонда, превращают в эмоции речь рассказчика, Ирины Рязановой. «Нашему Фонду уже 18 лет, все это время мы помогаем воспитанникам и выпускникам детских домов почувствовать себя самостоятельными личностями. За эти годы 701 человек получил нашу поддержку, – рассказывает Ирина Рязанова. – Восемь лет назад мы создали фонд целевого капитала. До этого нам приходилось часто менять помещения – это было очень тяжело, учитывая специфику нашей деятельности. Когда возникла идея создать целевой капитал, появился "свет в конце тоннеля". Приняв участие в форуме эндаументов, организованном Фондом Потанина, мы поняли, как это сделать. Изначально наш целевой капитал был создан для покупки помещения – эту задачу мы решили. Сейчас мы нацелены на масштабирование – увеличение мест для учеников и расширение преподавательского состава. А также мы поняли, что нам пора делиться знаниями!».

Российский институт театрального искусства ГИТИС выбрал для своего выступления формат видеоролика, сопровождаемого рассказом Григория Заславского о работе эндаумент-фонда в образовательном учреждении: «ГИТИС – крупнейший театральный вуз, которому в этом году исполняется 143 года. Мы привыкли быть лидерами в области театрального образования и стали первым театральным вузом, в котором появился эндаумент. Он обеспечивает дополнительные стипендии студентам, может помочь в издательских и других проектах. Нам часто не хватает денег, чтобы оплатить право на ту или иную постановку, чтобы реализовывать творческие эксперименты или направлять студентов на практику. Для каждого проекта нужны деньги. Наша управляющая компания, банк ВТБ, очень ответственно относится к распоряжению средствами. Эндаумент – единственный способ стратегически мыслить, все другие программы ограничиваются временным горизонтом».

Следующая часть программы второго дня Форума – выступления спикеров в формате PechaKucha. Открыла серию выступлений программный директор Благотворительного фонда помощи детям с неизлечимыми заболеваниями имени Ани Чижовой Лариса Кожанова. Она поделилась практическими советами по созданию эндаумент-фонда для организаций, начинающих этот путь: «Полгода назад мы создали эндаумент. Когда разговоры о нем только начинались, это было похоже на разработку плана высадки на Марс. Но мы подали заявку на участие в конкурсе Фонда Потанина "Новое измерение" и… победили. Мы сразу создали базу управляющих компаний России, их было немного. Первый совет тем, кто начинает путь к созданию эндаумента – создать рабочую группу для выбора управляющей компании. Во-вторых, всегда проводите переговоры в одинаковых условиях. Если договорились о встрече с представителем компании по видеосвязи, общайтесь с каждой компанией в том же формате. В-третьих, обсудите критерии оценки управляющий компании, важные для вашей организации. И наконец, дайте себе время. Мы рекомендуем каждому системному НКО задуматься над созданием фонда целевых капиталов, но подходить к вопросу нужно обстоятельно и не торопясь».

Следующий спикер, член Правления автономной некоммерческой организации «Программа комплексной реабилитации личности «Лига Мечты/Лыжи мечты» Анна Шилова, также рассказала о процессе создания фонда целевых капиталов благотворительной организации: «Мы создали свой собственный фонд целевого капитала два месяца назад, чтобы начать думать о завтрашнем дне. "Завтра" обязательно должно наступить для людей, которым мы помогаем, людей с ограниченными возможностями. К моменту создания фонда целевого капитала нам было 7 лет, и мы очень хотели создать эндаумент. В решающий момент эта дверь открылась случайно – помог кризис. Оказалось, что фонд целевого капитала – лучшая прививка для НКО. Оставалось только написать заявку на конкурс Фонда Потанина "Новое измерение". В общей сложности на создание фонда ушло 7 месяцев: думали несколько лет, а создали за такой короткий срок. Теперь наши доноры знают, что, если они не смогут сделать регулярное пожертвование, их деньги продолжат работать. В России существует 220 тысяч НКО, каждая из них рассчитывает на пожертвование. Эндаумент – это возможность обеспечить финансовую стабильность».

О первых шагах, надеждах и сложностях при создании эндаумента рассказала следующий спикер – ученый секретарь Чувашского национального музея Министерства культуры Чувашии Татьяна Давыдова: «Чувашский национальный музей, к счастью, тоже не обошла тема эндаументов – в начале 2019 года мы написали заявку на конкурс грантов Фонда Потанина "Музейный десант". Очень помог опыт коллег, например, Фонда развития музея им. Врубеля в Омске. Конечно, мы не могли скопировать чьи-то практики, а пошли своим путем. Отличным поводом для создания эндаумента стало столетие Чувашского музея. Обычно госфинансирование не позволяет осуществлять интересные для населения программы, а фонд целевого капитала же дает возможность реализовывать краевые выставки, привозить проекты из Москвы и Санкт-Петербурга. Но основной доход от эндаумента будет направлен на закупку экспонатов».

Завершила серию выступлений Заместитель руководителя по социальному развитию Санкт-Петербургской ассоциации общественных объединений родителей детей-инвалидов «ГАООРДИ» Ольга Эгель: «Любая НКО создается для решения социально важных задач. Каждый день мы решаем, какую дистанцию бежать – спринт или марафон. Можно решать много маленьких задач, переходить от одной к другой, а можно ставить большие амбициозные цели. Мы бежим свой марафон почти 30 лет. Более 6,5 тысяч человек пользуются услугами нашей ассоциации, и мы несем ответственность за жизнь других людей: это проект пожизненный, и у него должна быть стабильность. Решением для нас стало создание фонда целевого капитала. Путь был непростой, но мы принимали участие в стажировках, и уже в рамках обучения зарегистрировали эндаумент».

Источник: https://www.fondpotanin.ru  Благотворительный  фонд Владимира Потанина

Форум «Эндаументы 2021. Больше, чем деньги»

Новости 30 апреля, 2021

19-23 апреля 2021 года в онлайн формате состоялся V Форум «Эндаументы 2021. Больше, чем деньги» организованный Благотворительным фондом Владимира Потанина и Московской школой управления СКОЛКОВО при поддержке Министерства экономического развития Российской Федерации.

Публикуем итоги форума, подготовленные Благотворительным фондом Владимира Потанина Форум открыл разговор генерального директора Фонда Оксаны Орачевой с социальным инвестором и основателем проекта Noôdome Рубеном Варданяном.

Вы давно уже профессионально занимаетесь благотворительностью. У вас очень много ярких и известных проектов: школа в Дилижане, гуманитарная инициатива «Аврора» и проект, связанный с региональным развитием «Крылья Татев». Школа управления СКОЛКОВО представляет собой инфраструктуру благотворительности. Почему благотворительность? Что объединяет ваши проекты?

Я достаточно давно для себя осознал, что невозможно жить успешной и счастливой жизнью разделяя, здесь я зарабатываю деньги по максимуму, а тут я занимаюсь благотворительностью, помогая неимущим, или помогая талантам, которые не имеют возможности учиться. Мое мнение, мы идем в мир, где интеграция между твоей коммерческой и социальной деятельностью очень важна. И в связи с тем, что человек становится центром всего в XXI веке, система координат, система жизнеспособности, экосистемы — неважно, как называть, она дает возможность существовать только тогда, когда нет больших разрывов. Мы все живем в мире, где до сих пор есть неравенство, серьезные проблемы с тем, что разные слои общества имеют разные возможности доступа к медицине, образованию, решению разных проблем. Я убежден, что нельзя построить «золотое гетто», отгородившись высоким забором от нищеты, суеты и прочего. Поэтому такой интеграцией должны заниматься люди осознанно стратегически, а не только эмоционально. Благотворительность несет в себе большую эмоциональность, и для меня это всегда было стратегически важным элементом в общей систем того, что я делаю.

Возвращаясь к проектам. Если это не только эмоциональная составляющая, но и рационально-стратегическая, то ведь проекты у вас действительно очень разные: где-то это помощь талантливым детям получить хорошее образование, где-то это участие в развитии региона и экономическое благополучие людей. Что-то общее, на ваш взгляд, у них есть? Для себя вы определяете эти проекты как единое или у вас их много разных?

Конечно, есть единая философия, и она связана для человека общими элементами. Первая тема про смысл жизни, человеческие ценности, поэтому «Аврора» и то, что несет эта деятельность, для меня очень важная тема. Второй и третий проекты связаны с образованием и здоровьем. Четвертая тема — это устойчивое развитие, цели, которые поставила ООН, в минимизации различий между бедными и богатыми людьми, странами, регионами. Ну и пятое — это наследие. Здесь очень важно, что люди оставят после себя в долгосрочной перспективе. Поэтому человеческие ценности, наследие, здоровье, образование и устойчивое развитие — это те области, которые друг друга дополняют и создают комплексную систему. А база всего — это коллегиальное сообщество, потому что я верю, что это можно сделать только вместе. Я всегда стараюсь делать многоцелевые проекты. Да, они очень в длинную выстроены, например школа в Дилижане. Она дает не только возможность детям из разных стран вместе учиться и открыть для себя мир, но и будущих послов для Армении, которые смогут изменить будущее региона. Возникший проект школы дал толчок изменяющейся среде в Дилижане. То есть, когда ты имеешь ограниченные ресурсы, а мы все имеем ограниченные ресурсы, очень важно делать многозадачные проекты. Такой и «Крылья Татев», который подразумевает не только восстановление храма, но это создание туристического потока, изменение среды, в том числе уровня безработицы. Проект объединяет 5-6 целей одновременно. Это очень важно, что все проекты взаимосвязаны. Для устойчивого развития мы взяли Армению как пример страны, чтобы понять, как можно было бы сделать так, чтобы небольшое государство смогло бы привлечь инвестиции, внимание именно с точки зрения комплексного подхода.

Вы затронули тему устойчивого развития. В прошлом году из-за пандемии она приобрела новое звучание. Мы говорили раньше об устойчивом развитии, о целях ООН до 2030 года, и прошлый год показал, что устойчивое развитие — это вполне конкретные вещи, которые касаются каждого из нас, по сути, каждого проекта. Как период пандемии и режима самоизоляции сказался на ваших проектах? Удалось ли им выстоять? Показали ли они устойчивое развитие?

Я хочу с гордостью сказать, что все мои проекты выстояли, несмотря на все сложности, на военный конфликт между Армении и Азербайджаном. Проверку на прочность прошли и быстро перестроились в онлайн формат. Пандемия показала хрупкость, то, как быстро мож ет все поменяться. Уровень стабильности, надежности системы, которая должна быть готова к такого уровня катаклизмам, это серьезный вызов для всех нас, приводящий к переосмыслению и готовности в будущем к подобным вещам. Но также важно отметить, говоря про устойчивое развитие, что одна из целей ООН — это не только привлечь около 4 000 000 $ в год на решение этих проблем, но и как их грамотно инвестировать, чтобы они дали нужный эффект. Привлечение денег — это одна проблема, а другая — это запуск подобных проектов в странах с несильной инфраструктурой и государственными институтами. Как раз прошлый год и показал, что не все рабочие схемы в период пандемии являются единственными и не все выдержали проверку на прочность, в том числе взаимоотношения и с государством, и с благотворительными фондами, и обществом в отношении обратной связи.

Продолжая эту тему, с одной страны пандемии и привлечение средств, с другой стороны, необходимо решать поставленные задачи, где все взаимосвязано, хотелось бы вспомнить, что говорил Сергей Гуриев в одном из интервью, которое мы проводили по поводу филантропии. Пандемия, по сути, это глобальный кризис и время для конкуренции филантропов. И опять же это перекликается с мыслью, что это время, когда требуются большие средства и объединение ресурсов для решения многих задач. Наблюдаете ли вы такую своеобразную конкуренцию филантропов?

Осознание, что такое филантропия, довольно сложный процесс, и мы, как общество, проходящее стадию развития, находимся в подростковом возрасте, потому что только 30 лет прошло, как начала формироваться Россия и класс богатых людей. Что делать с этим богатством и как к нему относится сегодня, в будущем и как передать его следующему поколению — это важный процесс, который только-только запускается. Поэтому мы находимся в стадии формирования и говорить о конкуренции между филантропами неуместно. Я в принципе не типичный филантроп – называю себя венчурный филантроп, что вызывает удивление у окружающих. Я с глубоким уважением отношусь к людям, которые занимаются прямой благотворительностью, в то же время считаю, что очень важно запустить более устойчивые, эффективные процессы с тем, чтобы не просто помогать, а еще и менять систему. Для меня очень важна интеграция бизнес-процессов с благотворительностью, создание социального воздействия, которое имеет в себе элементы того и другого. Между этими двумя процессами есть очень много вариантов действий для того, чтобы сравнивать себя или анализировать эффективность, важно понимать, что ты делаешь. Можно дать деньги на операцию ребенку и понимать, что 100% они пошли на помощь. Можно направить эти финансы в эндаумент фонд, который будет генерировать определенный доход, часть денег будет тратиться на нужды фонда, другая часть на создание механизмов, которые будут более устойчивые, но при этом на развитие и изменение будут ограничения. Есть третий вариант, например бизнес-школа СКОЛКОВО, которая представляет собой благотворительный проект, в котором есть и коммерческая составляющая, которая позволяет развиваться и расширять поле деятельности. Есть коммерческо-социальные проекты, которые позволяют находится на минимальной самоокупаемости, но при этом быть максимально социально направленным. В филантропии важно понимать, какой результат ты делаешь. Когда мы говорим про благотворительность очень часто эффект виден через 25 лет, то есть это процесс в долгую, а мы все-таки живем более короткими циклами.

Вы часто говорите про количественные оценки эффективности филантропии и сейчас затронули эту тему. Как измерить тот результат от вложений — назовем это широким словом в благотворительность, хотя это более широкое понятие, не адресную помощь сейчас имеем в виду. Как увидеть то, во что вкладываешь, работает, если мы говорим о долгих вложениях? Ведь ваши проекты — это длинная история. Мы не увидим немедленного результата.

Да, это один из вызовов и в этом и причина, почему не так просто делать это и государству. На примере школы в Дилижане, если подходить прагматично, то непростой выбор что лучше, те 200 млн $, которые мы потратили за последние 10 лет в этот проект или, условно говоря, на улучшение 400-500 школ в Армении, которые нуждаются в этом. С точки зрения социального эффекта, масштабности второй вариант был бы более видимым и дал бы результат в короткий срок и сыграло бы важную роль для большого количества учеников и учителей. Однако школа в Дилижане даст эффект через 20-30-40 лет – это будут много успешных людей из частного или государственного секторов в разных странах, которые будут ассоциироваться с Арменией, потому что учились там. При сохранении правильных отношений с этими детьми мы получим в будущем возможности эффективной кооперации. Вот в этом и разница в горизонтах планирования.

Второй вызов, это, например, когда возникли пластиковые бутылки 20-25 лет назад, казалось, что это было благо – можно доставить воду в отдаленные уголки, помогая населению решить эту проблему за счет дешевой себестоимости тары. А сейчас мы понимаем, что и на планете, и в мировом океане возникают целые острова пластикового отхода, что является глобальной проблемой. Вот он яркий пример — в короткие сроки вопрос был решен, а в перспективе это привело к большой проблеме.

И третий вызов, это вопрос к корпорациям. Нетто или брутто. Есть компании, которые наносят вред экологии, те же пластиковые бутылки, а потом они отчисляют какие-то деньги на благотворительность и становятся очень известными за счет этого. Но если посмотреть на результат, но минус гораздо больше, чем плюс. Непростая ситуация. Поэтому анализируя проект с точки зрения эффективности, мы смотрим на картину в целом:

– принесет это больше пользы или будет иметь отрицательные последствия?

– на сколько в длинную это принесет добро или вред?

– можем ли мы позволить размышлять о проекте на перспективу, когда есть социальное давление сегодня?

Возвращаясь опять же к теме действовать в длинную и стратегического подхода. В последних своих интервью вы говорили, что если говорить о социальных проектах, то у нас принят короткий горизонт планирования 1-3 года, под который работают финансовые модели. При этом есть другая финансовая модель эндаумента, о которых вы уже упомянули. В них изначально длинный горизонт планирования. Они просто не рассчитаны на короткий срок. Возможно, на пересечении этих тем и лежит одно из решений, которое помогло бы соединить стратегический подход с длинным горизонтом планирования, явно необходимый филантропии, и обеспечение этого подхода.

Я сторонник того, что нужно экспериментировать и пробовать все. Я могу привести замечательные примеры, например фондов в Америке, Carnegie foundation, а есть фонды в Англии, у которых в декларации прописано, например, что они должны помогать развитию коневодства, гужевого транспорта уже нет, а декларацию поменять нельзя и управляющие вынуждены придумать разные способы, чтобы исполнять то, что исполнять уже не возможно. Поэтому фонд может быть эффективным и неэффективным. Конечно, важно осознавать, что эндаумент фонды могут действительно оказывать помощь, когда есть большой размер капитала. К сожалению, мы видим, что это не просто — поднять такие серьезные деньги. Америка, где так развита благотворительность, топ-30 школ имеют эндаумент фонды, а остальные тысячи школ и университетов не имеют. Не так все очевидно, и для большого количества участников система работает не так слажено. Потому что без масштабности, без размерности это не эффективно. Важно найти правильный баланс. В бизнес-школе СКОЛКОВО есть и прямые гранты, и эндаумент фонд, и долгосрочный взгляд на то, как коммерчески можно зарабатывать, чтобы иметь доходы и тратить деньги в другом режиме. Сочетание всех этих инструментов дает правильный, нужный эффект и симбиоз.

То есть тоже такой стратегический подход?

Это ключевой вызов, о котором все мы умалчиваем, когда говорим про филантропию. Если проанализировать причины, почему люди занимаются благотворительностью, то выясняется, что основные двигающие силы не связаны с результатом, а связаны с процессом, эмоциями. Благотворительность имеет свой космос, свою культуру. Встречаются случаи, когда человек дает деньги, потому что в этой больнице лежала его мама или в этой школе он когда-то учился. Это связано с воспоминаниями. Доминирующее проявление благотворительности происходит из религиозных убеждений. Это важная вещь, но люди дают деньги, потому что так написано в религиозных канонах. Мы говорим о движущих силах, которые связаны в основном с эмоциями. Это все про другое, нежели про результат. В этом смысле в благотворительности часто происходит, что возникает такая ловушка, где хочется сохранить эмоциональность, сопричастность. С другой стороны, возникает проблема, что результат не волнует ни тех, кто дает деньги, ни тех, кто организует процесс, потому что важен процесс ради процесса. В подавляющем большинстве случает отсутствует стратегия и KPI, по которым будет измеряться результат.

Прошлый год заставил многие наши представления переосмыслить. В России и во всем мире мы наблюдали взрывной характер помочь, проявить сочувствие. Когда на начальной этапе пандемии произошло снижение крупных благотворительных пожертвований, то можно было видеть, что не отказались от массовых пожертвований. Средний чек снизился. Эта идея сочувствия, сопричастности, соучастия глубоко сидит в сознании, и она делает нас лучше. Это приносит счастье тем людям, которые помогают. Но опять же прошлый год показал еще одну очень интересную сторону. Мы знаем неоднократно случаи в той же Америке, где возрос интерес к эндаументу. Многие организации, которые не имели фондов, это в первую очередь касалось сферы культуры, пришли к выводу, что их надо срочно создавать. Мы знаем примеры музеев в США, которые готовы были продавать часть своих коллекций, чтобы иметь средства для поддержания коллекции целиком. Интересное наблюдение. Если мы посмотрим на нашу историю, то НКО, активно включившись в процесс помощи, когда у них появилась возможность, занялись стратегиями и тоже стали создавать эндаумент фонды. За последние 2 года было создано порядка 40 фондов. Получается противоречие. Может быть возможности нет у организаций погружаться в это? Это выбор, что НКО не то, что не хотят погружаться в долгую и заниматься стратегиями, а у них просто отсутствую возможности?

Давайте разделим вопрос на несколько частей.

Первое, когда происходит любая трагедия (природная катастрофа, теракты, пандемии) сопричастность сильно вырастает, люди готовы помогать. Я первый раз увидел, что такое сопереживание, когда 1988 году произошло землетрясение в Ленинакане. Мы со студенческим отрядом МГУ полетели туда разгружать гуманитарную помощь, которая приходила со всего мира. Люди отдавали свои вещи, делились едой, кровом, и ты видел эту эмоциональную сопричастность. В этот момент большой плюс, ты сразу видишь результат своего вложения, и минус в том, что это быстро проходит, не может долго поддерживаться.

Второе, мы и все общество в целом идем на пути становления индустрии благотворительности, создания эндаумент-фондов и связанной с этим инфраструктурой. Это очень важный процесс, который еще не прошел все свои стадии. У нас есть компания FeelGood, которая как раз занимается выстраиванием структуры, и у нас порядка 100 фондов сейчас находится на обслуживании. Мы видим их движение, желание развиваться и масштабироваться, чтобы добиваться еще больше результатов. Важно, например, и то, что появилось и делает сейчас Александр Светлаков, группа Абсолют или группа Истоки. Они выделяют специальные гранты, чтобы люди выработали свою стратегию, не боялись давать деньги на маркетинг, на продвижение и так далее. Я вижу, что это становится все более интересным для большого количества людей и компаний. Я не хочу давать рыбу, хочу дать удочку и научить людей пользоваться этой удочкой. В этом смысле в нашем обществе появляется запрос на такую системную благотворительность, а главное поддерживается такими благотворителями. Это тоже очень важное изменение.

Третье, мы реально имеем беспрецедентный рост фондового рынка, объемов денежных средств, которые вливались государствами всего мира, в том числе и России, в экономическое пространство и часть этих денег перераспределяется на благотворительность. Общество видит, что оказывать помощь возможно даже в период кризиса пандемии 2020 года.

В этих вопросах очень важно понимать, что мы проходим этапы формирования филантропии как части культуры. Тема наследия, преемственности, что я оставлю своим детям, приходит со зрелостью. Ты уже вырастил детей, они в свою очередь прошли этап зависимости от родителей, поэтому важной темой остается, что я еще могу сделать, какой вклад в общество останется после меня помимо моих детей. И это опять про системный подход и системное мышление, которое создает соответствующую среду. Об этом нужно говорить, и я рад принимать участие в международном форуме «Эндаументы 2021». Люди мало знают об этой теме и мало что понимают в ней. Это хорошо, что проводятся всевозможные обучающие мероприятия не только внутри сообщества благотворителей, но и для всеобщего просвещения.

Меняется ли отношение к благотворителям, особенно если мы говорим о крупных средствах и не имеем в виду массовую благотворительность, а филантропию состоятельных людей?

Я думаю меняется. В 90-е годы, к сожалению, было очень много пены, много фондов, через которые под эгидой благотворительности, например, шел импорт сигарет, спирта или государство вводило «налог», что нужно помочь той или иной организации. Поэтому не было ощущения, что благотворительность проводится осознанно. Сейчас все меняется. Посмотрите, что делает Сергей Галицкий в Краснодаре, это фантастический проект, где он не дал команду сделать, а посчитал нужным отдать часть своих денег и сделать парк, стадион, детские школы и т.д. То, что делает Леонид Михельсон, создавая крупнейшее культурное пространство в стране, переоборудуя ГЭС-2 напротив Кремля. Появляются хорошие, достойные примеры. То, что плохое, быстрое и яркое, то, что хорошее, это долгая история и не такая красочная, потому что требует многих усилий и про него не так легко рассказывать, писать статьи и снимать фильмы.

Я очень часто привожу пример, выступая перед аудиторией бизнес-школы СКОЛКОВО. Кто из вас знает, чем занимался Третьяков? И выясняется, что больше 90% не знает, какой бизнес был у него. Каким по номеру Третьяков был по богатству в тот момент? Тоже никто не знает. Были ли у Третьякова партнеры? Опять общее молчание. Но самого Третьякова все знают, фамилия на слуху. А ведь он был одним из богатейших предпринимателей России того времени. Имел огромное количество недвижимости, заводы и всего остального. Прошло 100 лет, и все его помнят потому, что есть Третьяковская галерея. Даже советская система, которая обрубала историческое прошлое, сохранила его имя. В этом смысле это уникальный пример того, как ты хочешь остаться в памяти следующих поколений: местом в списке Forbes или добрыми делами. Это осознание приходит и в наше время тоже, становясь взрослее, опытнее, понимая больше.

Не может это не радовать. Хочется, чтобы шел этот нормальный процесс и благотворительность продолжала развиваться, забыв некоторых моментах на первоначальном этапе. Понятно, все с чего-то начинают. Если 10-20 лет назад, создавая крупные проекты одновременно, не думали о такого рода инструментах, как эндаументы, то та же школа «Летово», призванная обеспечить всем способных и мотивированных школьников из любых уголков страны, открыть возможности для получения качественного образования мирового уровня и раскрытия их интеллектуального и творческого потенциала, возникает как другая, в том числе финансовая, история. Это новое движение, когда проект создается сразу вместе с определенной оболочкой под него? То же самое можно сказать и о фонде, который создает Олег Тиньков.

Я бы немного разделил эти два примера. В школе «Летово» есть очень важный элемент. Вадим Машкович не просто создал эндаумент-фонд, в который он сам вложил много средств и привлек других благотворителей. Благотворительность очень эмоциональная, персонифицированная, поэтому очень большое количество людей с трудом могут кооперироваться и делать коллегиальные проекты. В этом смысле система создания эндаумент-фонда хороша для семьи, которые изначально объединены. Например, семья Михельсон решила отдать огромные деньги в эндаумент-фонд, и он реально будет крупнейший в России, позволяющий устойчиво поддерживать музеи, которые никогда не будут прибыльными и поэтому должны иметь какую-то подушку безопасности. И, например, как фонд «Подари жизнь», когда ты привлекаешь деньги через большое количество людей и это массовый процесс.

Мне кажется важно понять, что процесс образования эндаумент-фонда – это один из важных кирпичей создания механизмов, которые позволяют твоим проектам работать после тебя. Ведь пока я жив, делаю все сам, корпоративные юристы и бухгалтерия все ведет мой бизнес. Первый шаг, говорящий об уровне осознанности – это выделение из корпоративного мира отдельной структуры под благотворительность, которая итогом будет работать автономно. Это требует серьезного подхода, знания механизмов и временных затрат в долгую. Меня радует, что обсуждение этих идей, обмен опытом приводит общество к тому, что большее число благотворителей готовы совместно принимать решения и строить проекты. Это также одна из моих задач с клубом «Вероника» и с моими партнерами, как сделать так, чтобы благотворительность трансформировалась в коллегиальные проекты, а не каждый был сам по себе.

Да, чтобы не растаскивать по частям. Это ко всей благотворительности, наверное, относится – как повысить потенциал партнерства, даже если много разных фондов или организаций?

Потенциал партнерства, обмен опытом, не повторять одни и те же ошибки, потому что очень много общих проблем, уменьшить расходы. Когда у тебя не очень большой фонд, то иметь всю инфраструктуру будет очень дорого. Поэтому и был создан FeelGood. Он снимает с тебя большое количество задач, обеспечивая эффективность, прозрачность, надежность работы фонда. Обучение, обмен опытом, идеями, информацией крайне необходимо, учитывая тот нюанс, что благотворительная индустрия достаточно закрыта. Это прослеживается по всему миру, ведь в филантропии есть элементы личного, интимного и это понятно. Но важен момент кооперации. Поэтому мы перевели немецкую методику Sfineo, которая помогает благотворительным фондам работать и правильно функционировать, и мы видим, что этот процесс непростой даже в странах с более развитой культурой и имеющей больше исторического опыта филантропии. Везде эта проблема существует.

Может быть это вызов современности? Потому что это действительно не только наша проблема, а мир стал более связанным и более взаимозависимым. Могут ли как-то технологии здесь помочь? Ведь благотворительность тоже меняется. Она становится более технологичной.

Однозначно да. Мы видим, как технологии решают вопрос привлечения большего количества людей, как многие проекты реализуют доступ через онлайн, чтобы собрать больше денег. Интернет — это хорошая возможность и рассказать о благотворительности, и привлечь к участию в сборе средств. Например, в рамках «Авроры» мы делали более 70 проектов в Арцахе. Там было вовлечено огромное количество людей, организаций, и без технологической платформы это было бы невозможно. Технологии должны быть толчком к ускорению и увеличению масштабов деятельности.

А может быть еще к повышению прозрачности и обмену мнений, потому что ты вынужден стать более открытым.

Конечно, мы должны иметь сайт и вести дела открыто. Вот почему в FeelGood мы стараемся сделать все максимально технологично и построить коммуникацию с внешним миром.

В этих условиях сфера эндаумента в России все еще остается неоднородной. С одной стороны, мы видим, что продолжает доминировать эндаумент в сфере образования, что естественно, потому что это более близкая идея. В то же время наблюдаем активное развитие самых разнообразных эндаументов в сфере культуры, от крупных международных до региональных в поддержку культуры. Как вы думаете, есть ли перспективы у этой модели и рынка по сравнению с другими инструментами?

Я сторонник того, чтобы все инструменты были задействованы. Как финансист, я вижу здесь одну сложность, которую надо понимать и это не значит, что этого не нужно делать. Управление эндаумент фондом – это очень непростая вещь, как управление пенсионными фондами, страховыми компаниями. Это длинные деньги и управление с минимальными потерями в условиях волатильности, когда не очень стабильная экономическая ситуация, намного более рискованней, чем в обществе с более стабильной экономикой. И несмотря на это эндаументы будут расти и количество денег в них тоже.

В эндаументе есть 3 ключевые зоны:

1.       Профессионализация управления

2.       Масштабность – без большого размера инфраструктура будет очень дорогой

3.       Ограничение. Эндаумент создается на 50 лет и больше и создается декларация, которая определенным образом ограничивает деятельность управляющих компаний.

Это правильно. Но жизнь меняется очень быстро. Мы живем в меняющемся мире, и консервативный подход, стремящийся минимизировать риски потерь в меняющихся условиях, стандартах делает эндаумент менее гибким. Управляющий фондом будет иметь достаточно жесткую инструкцию, которая не даст возможности в ситуации здесь и сейчас применять более гибкие подходы. Но в этом есть и больше надежности, в соблюдении баланса между гибкостью и устойчивостью.

Мы надеемся, что сфера эндаумента будет развиваться, по крайней мере последние годы свидетельствуют об интересе у самых разных организаций. И для некоторых даже есть спрос на небольшой эндаумент, несмотря на нашу привычку смотреть только на крупные эндаументы, но мы знаем, что это зависит и от масштабов деятельности самой организации. А также нужно помнить, что они могут развиваться и через публичные сборы. Хотелось бы услышать пожелание, совет, напутствие, что на ваш взгляд помогло бы людям через 15 лет после того, как закон был принят, принять решение войти в эндаумент. Потому что на протяжении последних 5 лет, проводя каждый раз форумы, возникают вопросы. А надо ли? А зачем? Страшно.

Мы все живем в этом сумасшедшем мире, который создает не только большие возможности, но и угрозы. Каждый приходит в мир со своими ценностями, установками. Мое глубокое убеждение – хорошего больше, чем плохого. Все положительное менее яркое, громкое, кричащее. И в этом смысле, если вас что-то расстраивает в историях, связанных с благотворительностью, кто-то что-то украл, недополучил и получился негатив, помните, что это лишь маленькая капля. Ведь большинство людей делают добрые дела от чистого сердца и в первую очередь для себя, а не для кого-то. Не бойтесь верить в то, что хорошее – это основа всего, что существует вокруг нас. Иначе нас бы не было на этом свете, принимая во внимание все ужасы войн, убийств, терроризма, пандемий, голода и других проблем. Нужно верить, несмотря на все эти вызовы, которые нас окружают, базовыми являются общечеловеческие ценности, которые позволяют нам оставаться людьми. И это наше главное отличие от всего остального существующего мира. Не бойтесь делать добро.

10 историй об эндаументах в сфере культуры

Новости 17 февраля, 2021

Клубы друзей, гала-ужины и просвещение России: лучшие практики создания и применения эндаументов в российских галереях, музеях и театрах.

Эрмитаж: первый музейный эндаумент в России

Первым среди российских музеев в 2011 году зарегистрировал свой эндаумент Эрмитаж. Его основой стал взнос Владимира Потанина — 5 млн долларов. Сейчас средства музея разделены на два целевых капитала, которые находятся в управлении у разных компаний, а их общий объем превышает 650 млн рублей, то есть Эрмитаж обладает одним из крупнейших эндаументов среди музеев страны. Эндаумент — особый целевой капитал некоммерческой организации, сформированный за счет пожертвований. Организация не тратит такой капитал, а инвестирует его и направляет на свои цели доход от инвестиций. По словам директора Эрмитажа Михаила Пиотровского, эндаумент приносит музею несколько сотен тысяч евро в год. Все эти средства идут на приобретение экспонатов, например, за их счет была куплена картина Ансельма Кифера «Аврора» и коллекция флорентийской скульптуры эпохи Ренессанса. Однако, по оценкам господина Пиотровского, чтобы доходы от эндаумента стали играть существенную роль в бюджете музея, его размер должен составить 20–30 млн долларов — это значительно больше, чем есть у музея. Поэтому Эрмитаж продолжает постоянно привлекать финансирование для эндаумента, используя разнообразные каналы: благотворительные вечера, взносы индивидуальных и корпоративных членов Клуба друзей Эрмитажапоиск меценатов и т. д. В работе с эндаументами Эрмитаж служит ориентиром для других российских учреждений культуры, и многие из них применяют подобные практики в собственной деятельности.

Эндаумент Российского фонда культуры: крупнейший в своей сфере.

В эндаументе Российского фонда культуры (РФК) более 2,2 млрд рублей, что делает его крупнейшим целевым капиталом РФ в сфере культуры и вторым среди всех российских эндаументов (больше только у «Сколково»). РФК учредил свой эндаумент в 2017 году, и в него немедленно была внесена основная часть средств — 2 млрд рублей. Сейчас доходы от эндаумента превышают 270 млн рублей в год и направляются на финансирование важнейших культурных проектов. Например, значительная часть средств идет на организацию «Русских сезонов» — программы зарубежных концертов, театральных постановок и балетных спектаклей лучших российских творческих коллективов.

Еврейский музей и центр толерантности: сбор на гала-ужине

У крупного и значимого культурного объекта есть шанс очень быстро наполнить эндаумент, например, Лувр сразу после создания целевого капитала получил пожертвование на 230 млн долларов. В России тоже есть подобные примеры. Еврейский музей и центр толерантности существует на взносы попечителей, но стремится стать самостоятельным. Для этого нужен эндаумент, доходы от которого покрывали бы операционные расходы. В процессе его создания музей добился рекордной для российских культурных учреждений скорости сбора средств, организовав ежегодный благотворительный гала-ужин для бизнесменов, политиков и общественных деятелей. Идея такого гала-ужина пришла и воплотилась буквально за месяц, и на первом же вечере в 2014 году удалось собрать 4,5 млн долларов. Эти деньги внесли Роман Абрамович и еще несколько известных бизнесменов. С тех пор эндаумент вырос примерно до 700 млн рублей.

ТГУ: эндаумент для ботанического сада

Ботанический сад Томского государственного университета — часть культурного наследия региона. Это первый и один из самых крупных ботанических садов за Уралом. Его построили в 1880 году на средства меценатов, и в Томске, где зимой бывает до 40 градусов мороза, появились тропические растения. В 2010 году университет обратился к меценатам, создавая свой эндаумент. Одной из его целей стала реставрация ботанического сада. Полученные от эндаумента доходы были направлены на развитие его открытых территорий: установку беседок и указателей, создание экологической тропы, установку ограды и т. д. К концу 2020 года в университетский эндаумент удалось привлечь 47 млн рублей. Хотя реставрация и развитие ботанического сада до сих пор остается одним из крупнейших проектов, финансируемых за его счет, у целевого капитала ТГУ имеются и другие области применения, например, развитие музеев университета, стипендиальные и образовательные программы.

РАМТ: сила малых дел

Популярный в мире формат поддержки учреждений искусства — «клуб друзей». Например, стать другом Американского театра балета можно, вложив в его эндаумент всего от 100 долларов. Члены клуба ощущают, что поддержали любимое учреждение, а в виде бонуса получают привилегии при покупке билетов, приглашения на мероприятия и т. д. Такую модель привлечения финансирования в целевой капитал выбрал для себя и Российский академический молодежный театр, в 2017 году создавший первый в России театральный эндаумент. Доходы от него идут на новые постановки, гастроли и модернизацию оборудования. Также фонд помогает ставить спектакли нового формата, создавать родительские и детские клубы, чтобы театр становился семейным. Минимальная сумма пожертвования, чтобы вступить в Клуб друзей РАМТ, — всего 3000 рублей. К настоящему моменту театр уже привлек 4 млн рублей.

Третьяковка: скорая помощь для музеев

Даже у Третьяковской галереи — музея-легенды, одного из двадцати самых посещаемых музеев мира — есть проблемы, которые не решить без эндаумента. Первая из них — пополнение коллекции. Галерея должна отражать все этапы развития русского искусства, но в коллекции 1990-х и 2000-х годов есть лакуны: ключевые произведения в частных собраниях, и их нужно выкупать. Вторая проблема — реконструкция малых музеев галереи (семь домов и мастерских московских художников), на которую нет госфинансирования. Пять из них в плохом состоянии и уже не принимают гостей, а вскоре могут прийти в полную негодность. Для решения этих проблем в 2019 году Третьяковка создала два эндаумент-фонда, которые в 2020-м уже принесли первые 6 млн рублей. На эти деньги начата реконструкция малого музея — дома Третьяковых, а также куплено знаковое произведение 1990-х — «Ветка» Андрея Монастырского.

Омский музей Врубеля: выход за пределы экспозиции

Многие современные музеи стремятся выйти за пределы своих выставок, принимая больше ответственности за окружающий мир. Например, борются против глобального потепления, направляя доход от своих эндаументов на сокращение углеродного следа, расхода воды и энергии. По-своему следует мировому тренду и омский музей Врубеля. В 2012 году он запустил несколько новых направлений работы. Они включают не только распространенные среди современных музеев практики вроде внедрения интерактивных решений (аудиогидов, квестов, в перспективе дополненной реальности), но и другие, менее стандартные направления. Например, действует музейно-педагогическая программа «Здравствуй, музей!» для школьников. Для детей с ментальными нарушениями проводится арт-терапия, и некоторые из них в свои 6–8 лет впервые заговорили именно в зале музея. Наконец, музей помогает дважды в год привозить в Омск шедевры из Эрмитажа. Сначала новые направления финансировали за счет разовых пожертвований, но со временем для этих важных программ понадобился стабильный источник дохода. Поэтому в 2016 году был создан эндаумент, объем которого уже превысил 8,5 млн рублей.

Красноярский художественный музей: инвестиции в строительство

В Красноярском художественном музее имени Сурикова организовали эндаумент, вдохновившись опытом омского музея Врубеля. Но цель у красноярского эндаумента другая: помочь в строительстве музейного квартала. К 2028 году он должен объединить два исторических здания и дать городу современный комплекс, способный проводить яркие культурные события, в частности, привозить в Красноярск проекты Русского музея. Стоимость музейного квартала оценивают в 300 млн рублей — это гораздо больше, чем весь объем средств, накопленный с момента создания эндаумента в 2018 году (5 млн рублей). На строительство этого не хватит, зато доходы от эндаумента помогут музею решить срочные сопутствующие задачи: провести конкурс архитектурных решений, разработать документацию и т. д.

«Гараж»: просвещение России

Музей современного искусства «Гараж» ставит перед собой планы по развитию культуры в России в целом, а целевой капитал размером 86 млн рублей дает возможность их осуществить. Доход от него идет на выставки в России и за рубежом, гранты и мастерские для художников, оцифровку произведений искусства, бесплатную библиотеку по искусству и инклюзивные музейные программы. Глубина проработки настолько высока, что специалисты музея даже ввели новые жесты по искусству в русский жестовый язык для людей с проблемами слуха. Запуск эндаумента в 2018 году ознаменовал для «Гаража» переход от частного учреждения к общественному. Если изначально музей существовал только на деньги нескольких учредителей, то через эндаумент «Гаража» в жизни музея участвуют более 400 крупных, средних и мелких доноров. Сейчас музей самостоятельно оплачивает уже 35% операционных расходов, в том числе благодаря доходам от целевого капитала.

«Культурный капитал 73»: один для всех

Вместо того чтобы создавать несколько отдельных эндаументов в разных учреждениях, в Ульяновской области создали единый — «Культурный капитал 73». Он будет поддерживать проекты, которые сохраняют и развивают культурное наследие области, а также меняют культурную повестку региона. Особенность эндаумента в его универсальности: за счет доходов от целевого капитала можно финансировать всех, кто развивает культуру региона, независимо от их статуса — и деятелей культуры и искусства, и креативных предпринимателей, и одаренных студентов. Это поможет объединить вокруг культуры Ульяновской области всех, кто готов активно участвовать в ее развитии. «Культурный капитал 73» образован менее полугода назад и пока не раскрывает  данные о привлеченном финансировании и реализованных проектах. Но необычная и смелая идея, лежащая в основе эндаумента, позволяет надеяться на превосходные результаты.

Источник: https://fondpotanin.rbc.ru/article

ЭНДАУМЕНТ. УСПЕШНЫЕ ПРАКТИКИ И ПРИМЕРЫ ОБСУДИЛИ В ОБЩЕСТВЕННОЙ ПАЛАТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Новости 27 ноября, 2020

Круглый стол на эту тему состоялся 26 ноября. В центре внимания участников – формы поддержки деятельности НКО на примере Фондов целевого капитала. К работе площадки присоединилась директор фонда «Ульяновск – культурная столица», председатель Правления ФЦК "Культурный капитал 73" Татьяна Ившина.

«У Ульяновского фонда целевого капитала три основных направления. Первое - инновации в культуре. Второе - лидеры изменений, направленное на поддержку людей, внедряющих сегодня и сейчас эти самые инновации. И третье - культурное наследие. Мы посчитали его значительно важным для нашего региона.
В Ульяновской области нет эндаумента в сфере культуры, инноваций, социальных НКО. Мы выбрали для нашего ФЦК формат своеобразного «зонтика», чтобы не создавать фонды целевого капитала в каждой организации, а создать один общий. Что позволяет направлять собранные средства и на проект сельского библиотекаря и заслуженного артиста, если эти люди действительно являются лидерами, генераторами инноваций», – отметила председатель Правления ФЦК «Культурный капитал 73» Татьяна Ившина. 
Напомним, первый Фонд целевого капитала начал свою работу на секции «Культура и экономика» X Международного культурного форума, партнёрами которой выступили «Национальная ассоциация эндаументов» и «Российский центр знаний по целевым капиталам в сфере культуры».
Инициатива создания эндаумента принадлежит команде Центра социальных инноваций Фонда «Ульяновск – культурная столица», победителям конкурса на поддержку Центров социальных инноваций в сфере культуры программы «Эффективная филантропия» Благотворительного фонда Владимира Потанина.
Запись круглого стола «Эндаумент. Фонды целевого капитала для некоммерческих организаций. Успешные практики и примеры» можно посмотреть здесь

ГОТОВНОСТЬ К БУДУЩЕМУ: ЦЕЛЕВЫЕ КАПИТАЛЫ ВО ВРЕМЯ ПАНДЕМИИ И ПОСЛЕ НЕЕ

Новости 17 ноября, 2020

Под таким названием состоялась пленарная сессия IV Международного форума «Эндаументы. Пространство соучастия», организованного Фондом Владимира Потанина. В центре обсуждения – перспективы, которые открывают целевые капиталы в новой реальности будущего, роль эндаументов в адаптации к новой реальности и их восприятие обществом. К дискуссии присоединились сотрудники фонда «Ульяновск – культурная столица», являющегося учредителем Регионального специализированного фонда управления целевым капиталом «Культурный капитал 73».

Презентация некоммерческой организации, созданной для долгосрочной поддержки деятелей культуры и искусства, государственных и муниципальных учреждений культуры, представителей креативных индустрий Ульяновской области, прошла в сентябре на X Международном культурном форуме. Инициатива создания эндаумента в регионе принадлежит команде Центра социальных инноваций фонда «Ульяновск – культурная столица» – победителя конкурса на поддержку Центров социальных инноваций в сфере культуры программы «Эффективная филантропия» Благотворительного фонда Владимира Потанина.

«Понятно, что тема соучастия, тема совместного творчества и тема эндаументов в последнее время стала еще более актуальной. Я уверена, что предложенные и совместно созданные с коллегами по сектору интересные темы найдут отклик и будут полезны как уже опытным акторам фцк, так и тем, кто только планирует, приступает этой работе. Хочу всем участникам и слушателям форума пожелать новых идей, друзей, коллег, чтобы тема эндаумента крепла и развивалась дальше», – отметила Оксана Орачевой, открывая IV Международного онлайн-форум «Эндаументы. Пространство соучастия».

Программа форума выстроена таким образом, чтобы эксперты и слушатели смогли обсудить актуальные проблемы и вызовы, вставшие перед системой эндаументов, а также открыли возможности для партнерства и взаимодействия сектора НКО, государства и бизнеса в кризисный период.

«Природа благотворительной деятельности, заключается в том, чтобы поддерживать организации, проекты, людей, которые находятся в сложной ситуации. Сейчас весь мир оказался в сложной ситуации и это такой момент истины для всей системы благотворительности, эндаументов, как экономического инструмента поддержки благотворительности. И будет очень интересно посмотреть, как эта часть мира отреагировала на пандемию и на ситуацию», – сказал президент Московской школы управления СКОЛКОВО Андрей Шаронов.

В первый день деловой программы эксперты обсудили новые способы взаимодействия вузов со своими выпускниками и жертвователями в университетские эндаумент-фонды, ознакомились с кейсом Фонда целевого капитала Московского физико-технического института (МФТИ) и проектом CulturALL Reboot, направленным на гуманитарное просвещение и вовлечение в культурную активность студентов Физтеха.

На дискуссионной сессии 17 ноября участники рассмотрят лучшие практики создания и работы эндаументов в разных университетах России и за рубежом.

В рамках ряда онлайн-сессий, запланированных на 18 ноября, эксперты проанализируют значение горизонтальных связей для развития культуры и искусства, определят актуальные формы взаимодействия филантропического сектора и музеев, а также финансовые аспекты работы с корпоративными и частными донорами.

Программу форума и расписание трансляций можно найти на сайте  www.endowments2020.ru

«Эндаумент — это про возможность одних людей помогать другим»

Новости 30 октября, 2020

Как российские эндаументы зарабатывают на добрые дела и что им мешает это делать, рассказала глава Sber Private Banking Евгения Тюрикова.

— Как сегодня можно оценить масштабы и зрелость эндаумент-индустрии в России?

— По итогам первого полугодия 2020 года в нашей стране насчитывается около 150 действующих эндаументов, в которых аккумулировано 32,5 млрд руб. Всего зарегистрировано больше 230 фондов, но многие из них не функционируют. Для сравнения: объемы эндаумент-фонда Гарвардского университета, самого крупного на сегодня в мире, по итогам прошлого года составили около $41 млрд, то есть на несколько порядков больше, чем весь российский сегмент целевых капиталов.

Профильный закон «О порядке формирования и использования целевого капитала некоммерческих организаций» (ФЗ № 275) появился в нашей стране 14 лет назад. В 2007 году начали возникать первые эндаумент-фонды. Тогда казалось, что в течение короткого времени их счет будет идти на сотни, что принципиально изменит сферу финансирования некоммерческого сектора. Однако случился кризис 2008–2009 годов, и процесс формирования фондов целевых капиталов существенно замедлился. Сегмент по объемам совокупных средств с 2016 года растет, но не так динамично, как хотелось бы. В 2018 году он прибавил 3% по отношению к 2017-му. В прошлом году годовой рост составил 13%, в этом году, по прогнозам аналитиков, цифра будет аналогичной. Хотя сейчас положение дел усложняется из-за коронакризиса.

— Причина исключительно в экономической ситуации?

— Конечно, не только. В первую очередь проблема в кризисе доверия. Эндаументы — это про возможность одних людей помогать другим через возобновляемый ресурс в разных сферах: образовании, искусстве, спорте и пр. На Западе давно сложилась культура таких взаимоотношений. Например, выпускники университетов благодарят свои альма-матер за то, что смогли получить образование и затем добиться успеха. Фонд музея могут поддерживать крупные меценаты, которые хотят ощутить свою причастность ксохранению культурного наследия. Дело даже не в деньгах, которые жертвуют, а в самой атмосфере вокруг фонда. Люди обмениваются контактами, помогают друг другу, дружат. К сожалению, у нас таких традиций пока нет, они только зарождаются. Об этом говорит и срок жизни фондов целевого капитала — за рубежом они существуют веками, как тот же Гарвардский или Нобелевский фонд, а в России — в лучшем случае с десяток лет.

В России люди много работают, но не всегда много зарабатывают, а потому им тяжело расставаться с деньгами для чьей-то пользы, будь то их вуз, любимый музей или театр. А, к примеру, в Европе, США, Южной Корее очень многие готовы жертвовать даже небольшие суммы — по $100–200. И не потому, что их об этом просят, а потому, что это традиция, часть менталитета.

— Насколько позволяет формировать соответствующие традиции существующее российское законодательство?

— Проблема недоверия и тут выходит на первый план. В частности, эндаументы в России сейчас не являются квалифицированными инвесторами, что существенно ограничивает возможности для получения дохода. Российские фонды целевых капиталов сегодня по закону не имеют права входить в доли компаний, инвестировать в венчурные фонды, тогда как многие западные фонды поддерживают стартапы своих выпускников, а потом получают долю в их бизнесе. По нашим законам мы сегодня не можем помогать иностранным ученым. А их фонды могут, взять тот же Фонд Нобеля.

Справедливости ради нужно отметить, что недавно в законодательство были внесены поправки, которые, как надеются участники рынка, положительно скажутся на ситуации с эндаументами. В частности, увеличился срок, который отводится фондам на то, чтобы собрать необходимые для формирования 3 млн руб., — с одного года до полутора лет (если в течение года найти половину суммы). Фандрайзинг — публичный сбор пожертвований — теперь можно открывать как при пополнении фонда, так и на стадии формирования. Благотворительным фондам разрешено создавать эндаумент у себя внутри, не выводя его в отдельное юрлицо. Есть еще целый ряд изменений со знаком плюс.

Еще раньше, в 2018 году, были приняты поправки к закону «О меценатской деятельности», которые дали возможность субъектам РФ устанавливать право на инвестиционный налоговый вычет, однако только на пожертвования в целевые капиталы государственных и муниципальных учреждений культуры. Но в целом у нас, если сравнивать с мировой практикой, уникальная ситуация: и сфера благотворительности, и сфера целевых капиталов сейчас развиваются без налогового стимулирования.

— Что еще нужно усовершенствовать?

— Есть острая потребность в создании каналов устойчивой обратной связи между рынком, экспертами, исполнительной и законодательной властью.

— Как возникают эндаумент-фонды, кто и как принимает соответствующие решения?

— Мотивы могут быть самые разные. Например, в 2014 году был создан фонд при Московском физико-техническом институте (МФТИ). Много выпускников этого вуза работали в банке «Тинькофф». Однажды они собрались и пришли к Олегу Тинькову, попросив поучаствовать в создании эндаумента взамен на бонусы. Банкир выделил 100 млн руб., и банк выпустил первый в России карточный продукт, когда 1% от расходов по карте перечисляется в выбранный клиентом фонд. Это очень удачный шаг.

Подобные яркие истории могут служить примером для меценатов. К примеру, кто-то захочет учредить в вузе свою именную стипендию. Есть история, когда стипендию школьникам давали за то, что они привлекали в благотворительные проекты бывших выпускников. Подобных примеров не так много, но о них нужно рассказывать.

Конечно, одни красивые истории делу не помогут. Нужна системная планомерная работа по развитию сегмента эндаументов — на уровне законодательной власти, на уровне бизнес-сообщества. Нужно создавать среду, в которой к эндаументам будет больше доверия, а соответственно, будет расти и их наполнение.

— Что для этого делает Sber Private Banking?

— На сегодняшнем этапе мы свою задачу видим в том, чтобы информировать и консультировать своих клиентов по вопросам создания фондов и участия в них. Сейчас готовится к запуску новый продукт — сервис для наших клиентов «Эндаумент-фонд под ключ». Это решение позволяет людям даже с относительно небольшим размером капитала в режиме онлайн буквально в несколько кликов создавать эндаументы.

— Какой опыт западных коллег наиболее полезен для нашей эндаумент-индустрии?

— Во-первых, в сфере управления. Необходимо развивать компетенции и компетентность попечительских советов, процедуры и эффективность коллегиальных решений, механизмы инвестиционных комитетов, привлечение внешней экспертизы.

Во-вторых, многие эндаументы не выходят по объемам за некий уровень по причине того, что в организациях, ради которых они созданы, несистемно, непрофессионально выстроен фандрайзинг. Если сбор пожертвований будет проводиться осмысленно и регулярно, то объемы и количество эндаументов будут расти. В зарубежных университетах, к примеру, за работу с сообществами выпускников отвечают профильные отделы, предлагают им вносить средства на те или иные нужды альма-матер. В Оксфорде только за фандрайзинг отвечают около четырех сотен человек. В среднем западном вузе сбором средств занимаются пять-шесть сотрудников. В России компании пока не готовы вкладывать деньги в структуры, которые занимались бы фандрайзингом на системной основе. И в отличие от США, Великобритании или Европы в нашей стране пока нет соответствующей профессии. 

Источник - РБК

В Ульяновске прошла презентация эндаумент фонда «Культурный капитал 73»

Новости 26 октября, 2020

Первый Фонд целевого капитала начал свою работу на секции «Культура и экономика» X Международного культурного форума, партнёрами которой выступили «Национальная ассоциация эндаументов» и «Российский центр знаний по целевым капиталам в сфере культуры».

Инициатива создания эндаумента принадлежит команде Центра социальных инноваций Фонда «Ульяновск – культурная столица», победителям конкурса на поддержку Центров социальных инноваций в сфере культуры программы «Эффективная филантропия» Благотворительного фонда Владимира Потанина. Региональный специализированный фонд управления целевым капиталом «Культурный капитал 73» – это некоммерческая организация, созданная для долгосрочной поддержки деятелей культуры и искусства, государственных и муниципальных учреждений культуры, представителей креативных индустрий Ульяновской области.

«Для нас этот фонд – это возможность объединить усилия культурных институций, государственных, муниципальных, частных, потому что у нас появляется общее дело. Жители города, лидеры культурных инициатив, все те, кто воспринимает культуру, как образ жизни – именно они будут нашими главными проводниками и теми, кто продвигает «Культурный капитал 73». А синергия совместной работы – она потрясающа, вместе мы сможем многое. Я благодарю всех наших коллег, которые помогали нам на своих образовательных, презентационный и дискуссионных площадках. Все эти знания как кирпичики сложились для нас в понимание нужности и важности создания эндаумента. Мы ещё в самом начале пути, но для нас легче делать первый шаг, зная ваши истории ошибок и успеха», – рассказала Татьяна Ившина, председатель Правления ФЦК «Культурный капитал 73».

Презентация ФЦК прошла в онлайн формате и стала площадкой для профессионального разговора специалистов по целевым капиталам России и обсуждению актуальных вопросов. К примеру, Светлана Лаврова, председатель правления Национальной Ассоциации Эндаументов (НАЭ), рассказала об истории существования фондов целевого капитала в России и актуальных изменениях федерального законодательства в этой сфере:

«Обычно, когда мы говорим об эндаументах, то имеем в виду западные практики. В первую очередь на ум приходят Гарвард, Кембридж и другие. На самом деле в Российской империи с середины XIX века до революции 1917 года существовали тысячи эндаументов, называемых тогда «вечными вкладами» или «вечным капиталом». В каждом городе и даже деревне было множество подобных примеров, и это несправедливо забытая история. Что касается дней сегодняшних, то у нас создана и успешно работает Национальная Ассоциация Эндаументов. Более того расширенной рабочей группой, состоящей не только из членов Ассоциации, нам удалось продвинуть изменения в федеральное законодательство, и 31 июля 2020 года изменения в Федеральные законы «О благотворительной деятельности и добровольчестве (волонтёрстве)» (135-ФЗ) и «О порядке формирования и использования целевого капитала некоммерческих организаций (275-ФЗ)» были подписаны Президентом РФ. Но остаётся ещё много вещей, которые нам хотелось бы изменить, например, налоговые льготы при жертвовании средств в фонды целевого капитала», – рассказала Светлана.

Каждый из присутствующих поздравил ульяновцев с днём рождения фонда «Культурный капитал 73» и выразил желание оказать не только моральную, но и материальную поддержку в его наполнении. Также специалисты подробно обсудили тему прогнозов развития ФЦК после пандемии и поделились рассказами о том, с какими сложностями пришлось столкнуться в последнее время. Особо отметили тенденцию наполнения эндаументов за счёт небольших пожертвований, что позволяет вовлечь большее количество людей в поддержку некоммерческого сектора.

«Поздравляю коллег из Ульяновска с вступлением на этот тяжёлый и важный путь, по которому мы все идём. Наш фонд был сформирован в январе этого года и в силу сложившейся ситуации многое пока не получилось. Поэтому время, когда все были на карантине, мы решили использовать для просвещения жителей нашего города о создании ФЦК у нас в музее и о том, что это такое. Впервые в своей практике мы приняли участие в международной акции «Щедрый вторник», благодаря чему удалось собрать некоторую сумму пожертвований», – отметил Владимир Лузан, учредитель, председатель Правления Фонда целевого капитала Краевого государственного бюджетного учреждения культуры «Красноярский художественный музей имени В.И. Сурикова».

Георгий Романенко, исполнительный директор Фонда развития музея имени М.А. Врубеля (г. Омск) совместно с Дмитрием Пигаревым, менеджером по работе с клиентами ТКБ «Инвестмент партнерс» (г. Москва), рассказали об изменении стратегии управления финансами. По инициативе Управляющей компании, во время пандемии была увеличена доля акций в портфеле с целью покупки рискованных активов на рыночной присадке и увеличения общей доходности по портфелю ценных бумаг. По мнению специалистов, акции являются более гибким инструментом маневрирования по сравнению с облигациями, поэтому такое «антикризисное предложение» сработало в сторону увеличения доходности.

Также на площадке были презентованы программы поддержки ФЦК «Культурный капитал 73»:

– «Инновации в культуре» – для творческих коллективов и творческих работников. Программа направлена на создание инновационных проектов и продвижение культуры Ульяновской области на Российском и мировом уровне;

– «Лидеры изменений» – направлена на поддержку проектов и программ, авторы которых «взорвали» культурную повестку региона. Стипендиальная поддержка деятелей культуры и искусства, в том числе одарённых учеников отраслевых учебных заведений;

– «Культурное наследие» – сохранение и развитие культурного наследия Симбирского-Ульяновского края.